Меню навигации+

Иосиф Ковалёв

Иосиф Ковалёв

Начну с начала.

А началось все с того, что после окончания медицинского училища я провалился на вступительном по химии в мединститут. Нет, пожалуй, раньше — с уроков английского в детсаду. Впрочем, судьбоносным стал именно тот экзамен. Я спускался по крутой лестнице большой аудитории-амфитеатра, оставляя за собой шлейф из шпаргалок, отколовшихся от подкладки пиджака. Обидно, что я даже воспользоваться ими не успел. Когда экзаменатор с ехидной усмешкой указал мне на бумажки, которыми был отмечен мой путь вниз, я понял, что с медициной покончено.

Метаться было поздно: прием документов во всех вузах уже закончился, но мне повезло — в одной из первых частных академий города в тот год случился недобор, и меня безо всяких экзаменов зачислили на факультет иностранных языков только потому, что я мог сносно прочитать текст «London is the capital of the United Kingdom» (помните, я упоминал уроки в детском саду). Но недолго музыка играла: через полгода, аккурат после первой сессии, эту частную лавочку прикрыли, а студентам предложили поискать счастья в других местах.

И снова везение: с кафедры французского языка и литературы Харьковского национального университета им. Каразина отчислили нескольких студентов первокурсников из дружественной североафриканской страны, которые прогуляли весь первый семестр. Отчислить-то их отчислили, но вот незадача: вольнолюбивые арабские парни приносили в бюджет университета доход, поэтому руководителям факультета нужно было срочно заполнить лакуны. Тут-то к ним и подплыли обломки потонувшей частной академии: я и еще несколько жертв «кораблекрушения».

Нас брали охотно, но была одна значительная деталь — французского я не знал. Передо мной поставили условие: сдать летнюю сессию не хуже других студентов группы, которые до этого несколько лет учили язык Дюма и Камю еще в спецшколах, а в противном случае мне грозило отчисление. Наверное, это были пять месяцев самой усердной учебы в моей жизни: помимо освоения программы второго полугодия с ее латынью, философией и зарубежной литературой, я каждый день — без выходных и праздников — восполнял с репетитором пробелы во французском, хотя вернее было бы сказать «с нуля изучал этот язык».
Первую свою сессию в Университете им. Каразина я сдал хорошо, как и остальные восемь.

Получив в 2001 году диплом — а этому предшествовало еще множество приключений, преодоление препятствий и большой труд, — я тут же ринулся на поиски работы. Я нанимался менеджером в турагентство, делал разовые переводы для химзавода, меня не взяли работать в международное брачное агентство, а в моменты отчаяния я уже посматривал на школу, где требовались учителя английского для начальных классов. Одним вечером, когда я вернулся с безрезультатных поисков, мама радостно протянула мне клочок газеты, с нацарапанным на скорую руку телефоном: «Вот, увидела объявление бегущей строкой: они ищут переводчиков. Звони!».
Уже на следующий день в обед я проходил собеседование в офисе одного из харьковских бюро переводов, а еще через неделю был принят в штат.

Кажется, я увлекся. Если вкратце, то потом была работа в молодом коллективе с талантливыми коллегами, вольные хлеба, вынашивание идеи собственного агентства, ее реализация, возвращение во фриланс, смена страны проживания, городов, клиентов, области специализации… Что-то я изложил в форме резюме на своей странице www.josephkovalov.com, и вы можете туда заглянуть, если интересно.

Я не писатель, и даже не графоман, но почти за полтора десятка лет в профессии случилось несколько интересных эпизодов, которые я решил записать памяти ради, и которыми можно поделиться с более широкой аудиторией.

К списку авторов